«Солнцестояние»: Дух Огня

«Солнцестояние» Ари Астера — фолк-хоррор о путешествии несчастных американцев в недра Швеции, который быстро стал если не культовым, то уж точно знаковым. Вспоминаем, чем он покорил зрителей по всему миру.



Дени (Флоренс Пью) вместе с бойфрендом Кристианом (Джек Рейнор) и его друзьями отправляется в двухнедельную поездку в Швецию — в глухую деревню, где живут родственники блаженного художника Пелле (Вильхельм Бломгрен). Общество, именующее себя «хорга», ежегодно отмечает праздник солнцестояния, наряжаясь в сарафаны старинного покроя, возводя избы с причудливыми рисунками на стенах, а также устраивая разного рода игры (помимо плясок есть, например, и активность под названием «сдери кожу с дурака»). Разумеется, невероятные приключения американцев в Швеции не закончатся хорошо.


Если дебютная «Реинкарнация» Астера, используя тропы о кознях сатаны, рассказывала, как семья и наследственность неизбежно загонят тебя в угол, то «Солнцестояние», надев сарафан хорроров о сельских культах, дает лукавую надежду на перерождение внутри замкнутой и деспотичной коммуны. Не случайно день рождения Дени — на той же неделе, когда празднуется языческий праздник солнцестояния. Как природа, не до конца изученная человеком, она сбрасывает с себя пожухлую листву болезненных переживаний и токсичных отношений, а вместе с тем и оковы цивилизованности. Астер транслирует страхи некогда влюбленных друг перед другом, богато аранжирует современную паранойю, которая касается не либералов и консерваторов, но, например, университетских приятелей в отношении темы исследования. Что и говорить о страхе мужчины перед женщиной, а цивилизации перед могучей стихией космоса, проводником которого и выступает небесное светило с сопутствующими архаичными традициями.



Вторая картина Ари Астера еще более технична и эстетически привлекательна, чем «Реинкарнация» — любопытный, но слишком прямолинейный концепт в темном помещении. Здесь же режиссер покинул замкнутое пространство, где держал в карманах фиги, а потому смог развернуться и визуально (головокружительная местами работа оператора Павела Погоржельского), и в области новейшей тревожности, которая касается всех сфер человеческой жизни: потерять близких, оказаться нелюбимым, вылететь с учебы, заплутать в чужой стране, умереть, в конце концов. Семья же — фундамент и страшнейшая иллюзия западного общества (по Астеру — и вовсе натуральный ад) — даже в формате секты способна подарить иллюзию спокойствия. Всех сожгут, а я останусь.



Ссылки по теме

«Злой дух расширял свои границы»: Степан Бурнашев — о якутском хорроре «Проклятая земля. Рок»
«Солнце в ночи»: И пиявка ползет
«Я не допущу подобного поведения»: Флоренс Пью ответила на критику своего романа с Заком Браффом